О совершенствовании шахматиста

Автор: Александр Котов

Журнал «Шахматы в СССР», 1939

Шахматист, гроссмейстер, Александр Александрович Котов
Гроссмейстер Александр Котов

Каждый шахматист совершенствуется своими собственными путями. Наши мастера мало заботятся о передаче своего опыта молодежи. вынуждая многих первокатегорников ощупью искать правильные методы работы над собой. Типичным примером такого «блуждания впотьмах» являются мои искания в области шахмат. Желание облегчить задачу молодых советских шахматистов, стремящихся повысить свою квалификацию, подсказало мне идею этой статьи. Надеюсь, что высказанные мною мысли, подкрепленные конкретным опытом шахматного совершенствования, смогут оказать им хотя бы некоторую помощь.

Первую категорию я получил в 1934 г. К этому времени я уже имел в активе ряд успехов в соревнованиях. Дальнейшие выступления в турнирах первой категории и смешанных турнирах с участием мастеров протекали с переменным успехом. В 1936 г. мне стало ясно, что с моим шахматным стилем, с моими шахматными познаниями что-то неблагополучно. Пришлось заняться генеральной проверкой своих воззрений в области шахмат. С сожалением следует отметить, что московские мастера и первокатегорники при встречах друг с другом серьезному обмену мнениями по творческим вопросам предпочитают навязчивый «блиц» или, в лучшем случае, анализ новинок. Естественно, в таких условиях получить у кого-либо указания, а тем более реальную помощь в области разыгрывания миттельшпиля не представлялось возможным. Пришлось самому открывать давно открытые «америки».

Прежде всего, мне стало ясно, что главная беда заключается не в поверхностном знании дебютов или недостатке техники в эндшпиле, а в неверном понимании миттельшпиля. Крупнейшим недостатком было неумение рассчитывать варианты. Я тратил непомерно много времени на обдумывание сравнительно простых позиций, а это приводило к цейтнотам. Кроме того, я часто допускал грубые просмотры. И, наконец, самое главное: после партии я всегда обнаруживал, что мой противник рассматривал за доской значительно больше вариантов, чем я. Для меня стало очевидным, что над техникой расчета нужно много и упорно трудиться.

Не менее существенным недочетом была чрезмерная общность мышления, преклонение перед общими принципами. Нередко случалось, что, получив по дебюту прекрасное положение, я буквально терялся, не зная, что дальше предпринять. Я стремился осуществить какие то эфемерные планы, проводил замысловатые стратегические идеи, упорно игнорируя конкретные варианты. Неудивительно, что сплошь и рядом созданные мною многообещающие позиции внезапно разваливались как карточный домик. Для движения вперед необходимо было искоренить и этот недостаток.

На этих двух коренных вопросах миттельшпиля я сосредоточил все свое внимание.

Умение точно рассчитать определенное число вариантов для выяснения позиции — основное условие творческих успехов шахматиста. Практически возможность расчета вариантов осложняется необходимостью уложиться в строго ограниченное время.

При рассмотрении вариантов у некоторых шахматистов возникает целый ряд заблуждений и ошибок. Одни рассматривают малое количество разветвлений на возможно большее число ходов. Другие, наоборот, разбирают множество двух-трехходовых вариантов. Правильное решение этой проблемы заключается в том, чтобы найти в каждом отдельном случае «золотую середину». Умение быстро ориентироваться в лабиринте вариантов дается путем долгой и упорной тренировки.

На одном из этапов своего шахматного роста я решающее значение придавал стратегическим планам. Тактическим осложнениям я отводил второстепенную роль в шахматной борьбе. К чему приводила такая однобокость, видно на следующем примере.

Это положение встретилось в партии с Пановым, игранной в чемпионате Москвы 1936 г. Я планомерно проводил план атаки ферзевого фланга. «Некрасивое» расположение неприятельских фигур, казалось мне, является следствием правильности моей стратегий. Последовало: 1. с4—с5 Кf7 — g5. Удар, после которого выясняется, что удобно защитить свой королевский фланг белые не могут. При этом оказывается, что фигуры черных расположены весьма целесообразно. Белые ответили: 2. Лfd1 и после 2. . .f3 3. h4 К: е4 4. С : f3 Л : а2 5. Ф : а2 Кс3 6. Фd2 Фf6 получили проигранную позицию без пешки.

Александр Котов — Василий Панов
Москва, 1936

Как продемонстрировал после партии Панов, у белых на 1.. .Kg5! нет удовлетворительной защиты. Указанные им варианты эффектны и основаны на тонких тактических ударах. На 2. Ле1 решает 2…f3 3. Cfl (или 3. h4 К : е4 4. Л : е4 fg с угрозами Ф : d5, Фd7 и Cf5) 3… C : h3! 4. C : h3 K : h3 5. Kp : h3 Фg5 6. g4 Ce7 7. Kpg3 Of4! 8. Kph3 Фh6 9. Kpg3 Ch4 10. Kp : f3 Лf8 11. Kpg2 Л : f2, и выигрывают. Комбинация черных очень красива, далеко и точно рассчитана. Привожу собственные комментарии к этому моменту в партии, составленные в более поздний период, когда я уже в значительной степени осознал свои заблуждения.

«Из всех многочисленных вариантов с осложнениями и комбинациями я не могу привести ни одного, который бы ясно видел за доской. О наличии комбинации на втором ходу я вообще не подозревал и был крайне удивлен, когда Панов показал мне ее, — до такой степени каррикатурно мое мышление на основании общих принципов и планов».

Естественно, что подобная самокритика следующим шагом предполагает работу над искоренением недостатков. И я стал работать. Для того чтобы овладеть искусством расчета, я использовал наиболее действенный из известных мне методов: анализ позиций, насыщенных большими тактическими осложнениями. Я использовал для этой цели партии Флор — Файн (Гастингс), Раузер — Ботвинник (VIII первенство СССР), партии
матча Чигорин — Тарраш и другой материал. Я старался далеко и точно рассчитать все возможные варианты, не передвигая фигур на доске, будто я играю турнирную партию. В процессе занятий приходилось обращать внимание одновременно на три важнейших фактора.

Первый — умение проникать как можно глубже в тонкости позиции, рассмотреть форсированные варианты на возможно большее число ходов. Анализ каждого из вариантов следует бросать не раньше, чем он станет ясным до конца. Постепенно совершенствуясь, можно добиться поразительных, на первый взгляд, результатов.

Разбирая четвертую партию матча Чигорин — Тарращ, я остановился на следующей позиции и углубился в ее изучение.

Чигорин ошибочно сыграл 1. gf и после l…C : f6 2. Фh3 а3 3. К : f6 Ф : f6 4. а2 5. Л : f6 gf быстро проиграл.

Примечание ChessWood.ru: 

В далеком 1936 году Александр Котов посчитал, что ход  1. gf  является ошибкой. Используя мощь современных шахматных программ, мы можем опровергнуть это утверждение. Михаил Иванович Чигорин сделал сильнейших ход в партии. Ошибка была допущена на ход позже. После 1…С : f6 белым следовало сыграть 2. Лa1 (7.98/46 Stockfish 10). Ниже приводится компьютерный анализ.

Михаил Чигорин — Зигберт Тарраш
Санкт-Петербург, 1893

Мне было известно, что лучший ход здесь 1. Фh3. Постепенно распутывая клубок форсированных вариантов, я рассчитал один из них на 24 хода. Вот он: 1…а3 (для простоты не привожу других продолжений, при которых белые также выигрывают) 2. Фh8 fg (угрожало 3. Kh6) 3. f6 С : f6 4. К : g5 а2 5. Kh7 Kpf7 6. K : f6 K : f6 7. Kh6 Кре6 8. Л : f6 gf 9. Фg8 Kpd7 10. Лg7 Фе7 (после 10…Крc6 11. Фа8 белые матуют в 2 хода) 11. Фd5! Крс8! (если 11…Кре8, то 12. Лg8 Фf8 13. Фf7) 12. Фа8 Kpd7 13. Фf7 Лс7 14. Л : е7 Кр : е7 15. Ф : с7 Кре6. Несмотря на материальный перевес, выигрыш белых не прост. Он достигается следующими красивыми маневрами: 16. Фс8! Кре7 (16. ..Kpd6 17. Лf5Х) 17. Кf5 Kpf7 18. Фd7 Kpg6 19. Фg7 Kph5
20. Фh6 Kpg4 21. Фh4 Kpf3 22. Фg3 Кре2 23. Фg2 Kp : d3 24. Ф : b2, и выигрывают.

Не беда, что при дальнейшем изучении позиции выяснилась возможность для белых выиграть более коротким путем. Расчет этого длинного варианта, произведенный с учебной целью, дал, несомненно, многое. Значительную пользу в смысле овладения техникой расчета приносит также решение этюдов на диаграммах (не расставляя фигур), чтение шахматных книг без доски, «слепой» анализ позиций и т. д. Каждый шахматист, посвятивший этой работе хоть немного времени, заметит вскоре свой шахматный рост.

Второй, тоже очень важный, момент — умение «отбирать» варианты для анализа, рассматривать именно столько продолжений, сколько нужно, не меньше, но и не больше. При поверхностном расчете нельзя учесть всех тонкостей позиции, однако и увлечение «возможностями» приводит обычно к бедам.

Я старался рассчитывать максимальное количество вариантов, затем записывал их и определял, какие из них достойны внимания в ответственных условиях турнирной игры, какие можно для экономии времени и сил опустить. Обычно этот вопрос мастера решают чутьем, интуитивно. Но интуицию надо вырабатывать в себе. Лично мне приобрести ее помог описанный выше метод. Я с успехом применял его на занятиях с шахматистами второй и третьей категории. Я давал им задание в течение получаса обдумать следующее положение, взятое из практической партии:

Потом они должны были записать те варианты, которые они считают необходимым рассмотреть. Последующая совместная проверка позволяет окончательно, исчерпывающе оценить позицию. По отзывам моих слушателей, этот метод представляет определенную ценность, его следует практически испытать нашим методистам, руководителям шахматных школ.

Вникнуть во все особенности позиции — далеко не простое дело. Показательно в этом смысле то, что один сильный мастер в положении на диаграмме указал за белых выигрыш путем 1. е8Ф. Учитывая продолжение 1…Л : е8? 2. Ф : g7 и 1…g1 2. Kph3 Фf5 3. Kph4, он не заметил, однако, среди многочисленных ответов черных трудно находимый ход 1…Лd2! Теперь белым невыгодно бить на d2 ввиду 2…Л : е8 3. Л : е8 Фc6 и 4…Ф : е8. Проигрывает 2. Kpf3 или 2. Kpfl из-за 2…Фf5, а на 2. Kph1 последует 2…Лd1 с вечным шахом. Эффектно выигрывают черные после 2. Крh3 Фf5 3. g4 Фf1 4. Kph4 Л : h2 5. Kpg5 Лс5 6. Фе5 Фf6Х. Учесть все возможности позиции подчас не удается даже сильным, умудренным опытом мастерам. Задача каждого шахматиста — каждодневно развивать в себе эту способность.

Третий фактор, с которым нельзя не считаться при тренировке, особенно важен для практической игры. Это — способность рассчитывать варианты с минимальной затратой времени. Я в своей тренировке практиковал расчеты, ограничивая себя 20—30 минутами, постепенно сокращая затем и это время. Так, повседневно работая над собой, я избавился от верхоглядства в шахматах и научился удовлетворительно анализировать варианты.

— Как избавиться от преклонения перед общими принципами?

Я серьезно задумался над этим, разбирая свои партии. Вот одна из них, игранная в ленинградском полуфинале первенства ВЦСПС 1935 г.

Преимущество белых бесспорно. Оно заключается в значительно лучшем развитии, большей свободе действия фигур. Кроме того, положение черного короля весьма ненадежно. Преследуя лишь одну цель — затруднить развитие фигур противника, я сыграл 1. Л : е4?, полагая, что превосходство в развитии и пространстве автоматически реализуется. Ильин-Женевский ответил 1…b5, подготовляя Сb7, ибо на немедленное 1… Сb7? последовало бы 2. Ла4. Затем он благополучно закончил развитие, увел короля на h7 и без особого труда добился победы благодаря двум мощным слонам.

Я долго думал над тем, как я умудрился проиграть хорошо поставленную по дебюту партию? Грубых оплошностей в дальнейшем я не делал. Решающую ошибку надо искать в позиции диаграммы. Выяснение этой «загадочной истории» дало очень много для роста моей квалификации. «Имеющий преимущество обязан атаковать. Иначе он рискует растерять свое преимущество». Это давно знакомое мне правило я должен был практически применить, сыграв 1. К : е4! На 1…Kph7 белые жертвой фигуры 2. Kg5! разрушают неприступные на вид твердыни черного короля. Анализ убеждает в том, что после 2…hg 3. fg атака белых неотразима. Например: I. 3…Сb7 4. g6 Kph6 (4…Kpg8 5. gf Kpf8 6. h6) 5. gf Cg5 6. Kpb1 Cd5 7. Л : d5, и выигрывают. II. 3…С : g5 4. Ф : g5 Cb7 5. Лg4 Лhg8 6. h6 g6 7. Лf4, и выигрывают.

Черным, по-видимому, лучше всего продолжать 1. . .Сb7, но и тогда у белых после 2. f5 ef (2…С : е4 3. f6!) 3. Ф f5 превосходные шансы на атаку. Итак, меньше спокойных маневров, больше стремления к атаке! Обнаруженное зло легче искоренять. Я просмотрел еще ряд своих партий, в которых в той или иной мере сказался «автоматизм». Наиболее отчетливо он проявился во встрече с Григорьевым в чемпионате Москвы 1936 г.

И в этой позиции, получившейся в результате оригинального дебюта (1. d4 с5 2. d5 е5 3. е4 d6 4 Cd3 g6 5. f4 Cg7 6. с3 Фh4 7. g3 Фе7 8. Фе2 Kd7 9. Кf3 Kh6 10. fe K : e5 11. К : e5 Ф : e5 12. Cb5 Cd7 13. C : d7 Kp : d7 14. Cf4 Фе7 15. Кd2 Лае8), белые стоят лучше, так как король противника распо-ложен неудачно. Белые сыграли 1. 0—0—0?, не разобравшись в конкретных требованиях позиции. Мой противник предупредил угрозы своему королю (1…а6 2. Лhe1 f6 3. Кс4 Кf7), активизировал положение своих фигур (4. g4 Крс7 5. а4 Фd7) и затем ринулся в контратаку: 6. b3 b5 7. Кb2 Ла8 8. а5 Крb7 9. Крс2 Лhе8 10. Фf3 Ле7 11. h3 Лае8. У белых не только улетучилось преимущество, но теперь они сами испытывают затруднения. Случилось это потому, что они не отважились на острую атаку посредством 1. Фb5 Крс8 2. 0—0! Сила этого хода в том, что у белых появляется возможность сразу взорвать позицию черного короля путем b2—b4. Во всяком случае, у них многообещающие перспективы:

I. 2…Kg4 3. С : d6 (белые могли также сыграть спокойнее — 3. Кс4 Ке5 4. С : е5 С : е5 5. К : е5) 3…Ф: d6 4. Л : f7 Ле7 5. Кс4 Фd7 6. Ф: с6 с тремя пешками за фигуру и сильной атакой.

II. 2…g5 3. Се3 f5 (на 3…Kg4 последует 4. Лае1, угрожая 5. C : g5 Ф : g5 6. Л : f7 Ле7 7. Kf3, и выигрывают) 4. Кс4 f4! 5. gf Kg4 6. е5 К : е3 7. ed Ф : d7 8. Ф : с5 Крb8 9. К : е3 gf 10. Фс7 и т. д.

III. 2…f6 3. b4!, вскрывая линии для наступления.

Я пришел к выводу, что в большинстве моих партий в той или иной мере проявился подобный отказ от тактических осложнений. Поэтому и стиль моей игры отличался сухостью, острые, комбинационные партии встречались единицами.

По совету П. А. Романовского, я проанализировал много партий Чигорина. Комментарии к ним, сделанные Чигориным, конкретность его шахматных мыслей благотворно подействовали на меня. Под влиянием творчества комбинационных шахматистов я отучался шаблонно мыслить и мало-помалу преодолел «заслонную болезнь». От былого «автоматизма» не осталось и следа. Наоборот, теперь уже иногда приходится страдать от излишней агрессивности. В последнем чемпионате СССР это стоило мне полочка.

Преимущество черных огромно. Сыграв спокойно 1…е4, они быстро достигали материального перевеса или получали опасную атаку. Например: 2. Лае1 Ке5 3. Фе2 Фg6 с угрозой 4…Cg4. Или 2. f4 ef 3. С : f3 Фb2. Вместо этого черные, в поисках комбинационного решения, нашли красивый, но тонко отражаемый противником удар:
l…Cd7 2. Се4 Kf4. У белых неожиданно находится защита: 3. h4 Cf5 4. f3! Kg6 5. Kpg2 Ke7 6. Лf2 Фg6 7. Фd3 Лf7 8. Лh1 С : e4 (парируя 9. h5 Фf6 10. g4 с преимуществом у белых) 9. fe Лef8 10. Лhf1 Фg4 11. Cd2!, рассеивая последнюю надежду, — после 11. Л : f7 Л: f7 12. Л : f7 Кр : f7 13. Фf1 Kpg6 14. Фf3 Ф : f3 15. Кр : f3 Кс8 16. Кре2 Кb6 17. Kpd3 Kph5 у черных был бы выигранный эндшпиль. А теперь — ничья.

Я остановился лишь на некоторых моментах шахматной борьбы. Много других вопросов и сомнений возникает у шахматиста, когда он начинает разбираться в своих взглядах на шахматы. Устранить все заблуждения можно посредством самостоятельной углубленной работы.

Дополнительно рекомендуем прочесть статью Александра Котова «Расчет вариантов» и книгу «Тайны мышления шахматиста».

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*